ДОСТУПНАЯ СРЕДА: ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ

14.05.2016 17:59

Фото Романа ГРАМОТЕНКО Одно время среди журналистов было модно делать репортажи о доступной среде для лиц с ограниченными возможностями здоровья в стиле «испытано на себе». А именно сесть в инвалидную коляску и проверить на собственном опыте, с какими препятствиями сталкивается колясочник на улицах, тротуарах и на пути в различные учреждения. Мне, правда, в шкуре человека, нуждающегося в доступной среде, пришлось оказаться невольно и, к счастью, временно. Но я даже не представляла себе, сколько людей ежедневно преодолевают боль и неудобства, находясь в привычных нам и, казалось бы, комфортных условиях. ТРАВМА И ПОСЛЕДСТВИЯ Несколько лет назад в поезде я потянулась за сумкой к багажной полке. Поезд качнуло, и в моем колене что-то громко щелкнуло... Всю дальнейшую дорогу я передвигалась по вагону по стеночке, мучаясь вопросом: придется ли мне теперь вместо насыщенной турпоездки прямо с вокзала отправиться в травмпункт, а потом обратно в Самару, или все же отпуск не будет испорчен? К счастью, обезболивающие и эластичный бинт спасли положение, и после возвращения я и не подумала обратиться к врачу. Поэтому до сих пор не знаю, был ли тот инцидент первым проявлением уже начавшейся болезни или же процесс был запущен травмой. Так или иначе, но этот случай напомнил о себе, когда, поднимаясь по лестнице у себя в подъезде, я вдруг обнаружила, что не могу сделать больше ни шага: при попытке ступить на правую ногу колено пронзает резкая боль. Кое-как, по шажочку, подтягиваясь на перилах, втащила себя на четвёртый этаж и после выходных, опираясь на трость, поковыляла сдаваться врачам. Приговор хирурга был неутешительным, но не фатальным – артроз коленного сустава. До стадии, когда разрушен хрящ и нужна операция, ещё далеко, теперь важно не довести до этого. Помимо необходимых медикаментов и процедур врач порекомендовал носить ортопедический наколенник, а также сбросить лишний вес и заниматься на велотренажёре – чтобы накачанные мышцы держали сустав. О, СКОЛЬКО НАМ ОТКРЫТИЙ ЧУДНЫХ… На несколько месяцев моими лучшими друзьями стали эскалаторы, лифты, наземные переходы со светофорами и «зебрами», высокие вокзальные платформы и низкопольные автобусы и трамваи. И, конечно, пандусы при входе в магазины и учреждения. Ах, эти пандусы! Раньше, будучи здоровым человеком, я и не замечала, сколько из них сделано, что называется, «на отвяжись». Теперь, протестировав эти приспособления, запомню навсегда: хороший пандус – это тот, по которому можно без риска для жизни взойти и пешком. А если нет возможности сделать такой, тогда лучше честно ограничиться кнопкой у крыльца для вызова сотрудников, как это делают в некоторых учреждениях. Хороший пандус – это тот, по которому без риска для жизни можно взойти и пешком. Фото Романа ГРАМОТЕНКО Я поняла, почему наши пенсионеры упорно игнорируют подземные переходы и идут напролом через барьеры и ограждения, раздражая водителей, правоохранителей и некоторых журналистов. Почему читательница «Социалки» сочла издевательски высокими двадцатисантиметровые ступеньки крыльца, которые изготовили коммунальщики у ее подъезда… Никогда раньше я не боялась поскользнуться на обледенелой дороге или запнуться на асфальтовой выбоине, справедливо полагая, что максимальная опасность в этом случае – пустячный синяк, а «упал, очнулся, гипс» – из разряда форс-мажора. Но оказалось, что есть еще и промежуточная, очень неприятная (и, уверяю вас, гораздо болезненнее синяка) перспектива обезножеть на несколько дней, «дёрнув» сустав и вызвав обострение. И всё это действительно трудно понять, а главное – запомнить, не испытав на себе. Как и то, что артрозникам, в отличие, к примеру, от сердечников, трудно не только подниматься по лестнице, но и спускаться, сгибая колено под нагрузкой. Однако, судя по всему, обустройством городской среды занимаются люди либо очень молодые и здоровые, либо те, кто попросту не ходит по улицам пешком и не ездит в общественном транспорте. БЕЗБАРЬЕРНАЯ СРЕДА: МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ У нас очень любят говорить о безбарьерной среде, но, похоже, не очень хорошо представляют себе, что это такое. Имея в виду каких-то не реальных и живых, а сферических в вакууме инвалидов. Например, колясочников, которых устроят пандус с уклоном в 45 градусов или единственная станция метро, на выходе из которой установлены подъемники. Закрытые, впрочем, чехлами, потому что непонятно, кому ими пользоваться, раз на других станциях их нет. Для реальных и живых инвалидов препятствием на пути к оазису «безбарьерной среды» наподобие реконструированной самарской набережной может стать банальный бордюр около дома или подъезд без лифта. Или перекрытые ограждением наземные переходы на перекрёстке улиц Осипенко и Ново-Садовой, которые сочли ненужными после открытия станции метро «Алабинская». При том, что, как уже упоминалось, подъёмника на станции два, а выхода – четыре. Поэтому страдают от этого не сферические в вакууме колясочники (реальным туда еще не добраться), а конкретные жители окрестных домов, пенсионеры с больными ногами, которым теперь, чтобы перейти улицу к магазину или почте, нужно спуститься по ступенькам, сделать большой крюк по довольно-таки замысловатому переходу и подняться наверх. Так что одной рукой создаём безбарьерную среду, а другой – перекрываем уже имеющиеся пути… «Я – кегля», – писал в своём интернет-блоге один молодой, но больной раком человек (ныне уже покойный). «Кеглями» водители называют пешеходов, переходящих улицу в неположенном месте, потому что их часто сбивают. Так вот, «кеглей» человек становится зачастую не из-за сугубой незаконопослушности, а из-за того, что путь через подземный переход или необходимость пройти квартал до ближайшего светофора требуют от него гораздо больше усилий, чем от здорового, и нередко превращаются в мучительное испытание. И если появление новых подземных переходов на Московском шоссе – несомненное благо для граждан, то для этих людей закрытие переходов наземных – реальная физическая боль. Напрашивается вопрос: что делать? Ведь то же Московское шоссе буквально задыхается в пробках, как и другие крупные автомагистрали. Оборудовать каждый подземный переход эскалаторами – дело баснословно дорогое и трудоемкое, да и нет такого ни в столицах, ни на Западе, который нам любят ставить в пример. Не везде можно изыскать место и на пологий, без ступенек, пешеходный тоннель. Единственное, что можно сделать здесь и сейчас – это не закрывать имеющиеся наземные переходы там, где в этом нет необходимости. Например, у той же станции «Алабинской», где движение пока еще не столь интенсивно, как на Московском… …Со мной-то всё будет в порядке. Я ещё не сбегаю по лестницам вприпрыжку, как школьница на переменке, но уже не прикусываю испуганно губу на каждой ступеньке, ожидая, что вот-вот пронзит боль. Ещё немного – и, может быть, вовсе забуду, как чувствуют себя многие из наших сограждан на ступеньках подземных переходов, на неработающих эскалаторах, на выбоинах тротуаров, на скользких улицах и крылечках заведений, на лихих виражах маршрутки, по щиколотку в вязком снегу… И если забуду, вы меня, пожалуйста, за это простите. И не стесняйтесь напомнить – не только мне, но и тем, от кого зависит обустройство нашей городской среды.http://socgaz.ru/ Софья ЧЕТВЕРГ.